Внеклассное мероприятие "Я пришел в этот мир"


Внеклассное мероприятие «Я пришел в этот мир»
Цели и задачи:
Формирование у молодого поколения высоких чувств патриотизма и гражданской
ответственности; культуры ненасилия и мира;
Пробудить интерес учащихся к системе ценностных ориентаций, содействующих
социализации личности, ее гражданскому становлению;
Способствовать развитию навыков сбора информации; создания компьютерных
презентаций; развитие творческих способностей.
Подготовительная работа:
Анализ отобранной информации;
Подготовка сценария;
Создание компьютерной презентации.
Оформление: Мероприятие лучше проводить в зале, где есть сцена. На стене – плакат.
Перед сценой в центре стоит маленький столик, на нем – игрушки, детские книги,
несколько бутылок с водой, булка черного хлеба. Вокруг стола из лепестков роз выложено
сердце. У всех участников заготовлены свечи, у нескольких игрушки, цветы.
Техническое обеспечение мероприятия:
Мультимедийный проектор;
Компьютер;
Мультимедийная презентация.
Мы проводили мероприятие в форме тематического вечера для старшеклассников.
Особенности роли учителя – постановка целей и задач перед учащимися при подготовке
данного мероприятия, координирование сбора материалов по теме, руководство и
направленность действий.
Сценарий вечера
Все участники выходят в зал, занимают свои места. Звучит музыка.
Ведущий 1: Памяти детей, чья жизнь была прервана
Глаза детей – души моей светильник.
В моих ушах не молкнет детский смех.
Малыш воркует – и ветра притихли,
И громы смолкли – никаких помех!
Ведущий 2: (Слайд рождение ребенка)
Родился он и подал голосок – как будто он окликнул всю планету,
И шумная волна ушла в песок, и стихло море, и застыли ветры...
И в наших лицах удивленья нет, что чудо величайшее природы,
Которому пройти огни и воды, беспомощным рождается на свет.
Звучит музыка. На сцене девочка танцует. (слайд цветы, дети, жизнь) Взрыв…девочка
падает (слайды дети – война)
Ведущий 1:
Звезда упала и прервалась чья-то жизнь.
Не просто чья-то жизнь, а жизнь ребенка!
Совсем недавно он смеялся звонко –
Теперь же в небесах лишь след его парит.
Ведущий 2: Самое дорогое на Земле – улыбка ребенка. Ребенок улыбается, значит, светит
солнце, мирно колосится поле, не звучат взрывы, не горят деревни и города.
Что может быть страшнее смерти ребенка? Смерти бессмысленной и жестокой, смерти от
руки взрослого, призванного самой природой защищать и растить дитя.
Подходит и кладет игрушку к столу.
Звучит начало песни “Вставай, страна огромная” (В.И.Лебедев-Кумач, А.В.Александров)
Ведущий 3: 22 июня 1941 года фашистские захватчики вероломно напали на советское
государство.
Воскресным утром тысячи мальчиков и девочек со своими родителями, вместо
воскресного отдыха, в страхе и ужасе бежали из своих домов. Они шли нескончаемым
потоком по дорогам войны, растянувшейся на несколько долгих лет.
На экране фотография Тани Савичевой.
1 чтец: (подходит к столу, берет тетрадь, листает)
9 страничек. Страшные строчки.
Нет запятых, только черные точки.
Пусто и тихо в промерзшей квартире.
Кажется, радости нет больше в мире.
Если бы хлебушка всем по кусочку,
Может, короче дневник был на строчку.
“Маму и бабушку голод унес.
Нет больше сил и нет больше слез.
Умерли дядя, сестренка и брат
Смертью голодной…” Пустел Ленинград.
Умерли все. Что поделать. Блокада.
Голод уносит людей Ленинграда.
Тихо в квартире. В живых только Таня.
В маленьком сердце столько страданья!
Умерли все! Никого больше нет.
Девочке Тане 11 лет…
Однажды девочка подведет страшный итог: “Савичевы умерли все. Осталась одна Таня”.
Таню же, потерявшую сознание от голода, обнаружили санитары, обходившие
ленинградские дома. Жизнь едва теплилась в ней. Вместе со 140 другими истощенными
голодом ленинградскими детьми девочку эвакуировали в Горьковскую область. Врачи в
течение 2-х лет сражались за жизнь юной ленинградки, но. 1 июля 1944 года Танечка
умерла.
(Слайды из дневника)
“Женя умерла 28 декабря в 12.30 часов утра. 1941 год”.
Женя – это сестра Тани.
“Бабушка умерла 25 января в 3 часа. 1942 год”.
“Лёка умер 17 марта в 5 часов утра. 1942 г.”
Лека – это брат Тани.
“Дядя Вася умер 13 апреля в 2 часа ночи. 1942 год”.
“Дядя Леша, 10 мая в 4 часа дня. 1942 год”.
“Мама, 13 мая в 7.30 часов утра 1942 года”.
“Умерли все”.
“Осталась одна Таня”.
После смерти родных Таня попала в детский дом, откуда ее вывезли на Большую землю.
За жизнь Тани боролись два года, но спасти так и не смогли.
2 чтец:
Я в госпитале мальчика видала.
При нем снаряд убил сестру и мать.
Ему ж по локоть руки оторвало.
А мальчику в то время было пять.
Он музыке учился, он старался.
Любил ловить зеленый круглый мяч...
И вот лежал - и застонать боялся.
Он знал уже: в бою постыден плач.
Лежал тихонько на солдатской койке,
обрубки рук вдоль тела протянув...
О, детская немыслимая стойкость!
Проклятье разжигающим войну!
Проклятье тем, кто там, за океаном,
за бомбовозом строит бомбовоз,
и ждет невыплаканных детских слез,
и детям мира вновь готовит раны.
О, сколько их, безногих и безруких!
Как гулко в черствую кору земли,
не походя на все земные звуки,
стучат коротенькие костыли.
И я хочу, чтоб, не простив обиды,
везде, где люди защищают мир,
являлись маленькие инвалиды,
как равные с храбрейшими людьми.
Пусть ветеран, которому от роду
двенадцать лет, когда замрут вокруг,
за прочный мир, за счастие народов
подымет ввысь обрубки детских рук.
ичит истерзанное детство
тех, кто войну готовит, - навсегда,
чтоб некуда им больше было деться
от нашего грядущего суда.
Звучит начало песни “Саласпилс”. (композитор А. Тимошенко, стихи В. Большакова) Лай
собак и звуки автоматной очереди. На слайдах – концлагерь, дети – узники.
Ведущий 2:
Люди мира, на минуту встаньте!
Слушайте, слушайте: гудит со всех сторон –
Это раздается в Бухенвальде
Колокольный звон, колокольный звон.
Это возродилась и окрепла
В медном гуле праведная кровь.
Это жертвы ожили из пепла
И восстали вновь!
Звучит музыка к спектаклю “Поминальная молитва” Г. Горина.
3 чтец:
Они с детьми погнали матерей
И яму рыть заставили, а сами
Они стояли, кучка дикарей,
И хриплыми смеялись голосами.
У края бездны выстроили в ряд
Бессильных женщин, худеньких ребят.
Пришел хмельной майор и медными
глазами
Окинул обреченных… Мутный дождь
Гудел в листве соседних рощ
И на полях, одетых мглою,
И тучи опустились над землею,
Друг друга с бешенством гоня…
Нет, этого я не забуду дня,
Я не забуду никогда, вовеки!
Я видел: плакали, как дети, реки,
И в ярости рыдала мать – земля.
Своими видел я глазами,
Как солнце скорбное, омытое слезами,
Сквозь тучу вышло на поля,
В последний раз детей поцеловало,
В последний раз…
Шумел осенний лес. Казалось, что
сейчас
Он обезумел. Гневно бушевала
Его листва. Сгущалась мгла вокруг.
Я слышал: мощный дуб свалился вдруг,
Он падал, издавая вздох тяжелый,
Детей внезапно охватил испуг, –
Прижались к матерям, цепляясь за
подолы,
И выстрела раздался резкий звук,
Прервав проклятье,
Что вырвалось у женщины одной.
Ребенок, мальчуган больной,
Головку спрятал в складках платья
Еще не старой женщины. Она
Смотрела, ужаса полна.
Как не лишиться ей рассудка!
Все понял, понял все малютка.
- Спрячь, мамочка, меня! Не надо
умирать! –
Он плачет и, как лист, сдержать не может
дрожи.
Дитя, что ей всего дороже,
Нагнувшись, подняла двумя руками мать,
Прижала к сердцу, против дула прямо…
- Я, мама, жить хочу. Не надо, мама!
Пусти, меня, пусти! Чего ты ждешь? –
И хочет вырваться из рук ребенок,
И страшен плач, и голос тонок,
И в сердце он вонзается, как нож.
Не бойся, мальчик мой. Сейчас
вздохнешь ты вольно,
Закрой глаза, но голову не прячь,
Чтобы тебя живым не закопал палач.
Терпи, сынок, терпи. Сейчас не будет
Больно. –
И он закрыл глаза. И заалела кровь,
По шее лентой красной извиваясь.
Две жизни наземь падают, сливаясь,
Две жизни и одна любовь!
Звучит песня “Плач матери” (Реквием) в исполнении Т.Гвердцители (музыка Тамары
Гвердцители, стихи Мориса Поцхишвили). Чтецы (девочки) выходят поочередно к столу,
опускаются на колени.
4 чтец:
Ой, зачем ты,
солнце красное,
все уходишь –
не прощаешься?
Ой, зачем
с войны безрадостной,
сын,
не возвращаешься?
Из беды
тебя я выручу,
прилечу
орлицей быстрою...
Отзовись,
моя кровиночка!
Маленький.
Единственный...
Белый свет
не мил.
Изболелась я.
Возвратись,
моя надежда!
Зернышко мое,
Зорюшка моя.
Горюшко мое, –
где ж ты?
Не могу найти дороженьки,
чтоб заплакать
над могилою...
Не хочу я
ничегошеньки –
только сына
милого.
За лесами моя ластынька!
За горами –
за громадами...
Если выплаканы
глазыньки –
сердцем
плачут матери.
Белый свет
не мил.
Изболелась я.
Возвратись,
моя надежда!
Зернышко мое,
Зорюшка моя.
Горюшко мое, –
где ж ты?
5 чтец:
У меня был сын, маленький сын. Золото нив, небесная синь
И красные маки в зеленых полях отражались в веселых его глазах.
Цвета спелого колоса были у мальчика волосы.
Он сидит в кроватке, о чем-то хохочет, ручки тянутся к солнцу – достать его хочет.
Погоди, мой сынок, слушай, мальчик меня. Подрастешь – вся вселенная будет твоя.
А потом – война, словно шквал, налетела. Город горел, и улица наша горела.
Синь небес разорвали, ревя, самолеты. И увяли цветы, и поля превратились в болота.
Бомба…Бомба.…За бомбой бомба летит.
Был в один из налетов мой маленький мальчик убит.
Я сама это видела. Черный кусочек металла…
В теплых, добрых глазах синь небес навсегда угасала.
На губах застывали беспечного лепета звуки. Холодели, слабели теплые детские руки.
Был кровавый закат, в эту ночь хоронила я сына.
Кто, ответь, виноват. Может, я в его смерти немного повинна?
6 чтец: (в руках корзинка с игрушками, выкладывает их на стол)
Плачет мать, покинутая сыном,
И этот груз с собой не унести.
Так дай ей недюжинные силы
Вселенной боль одной перенести…
Стонет мать, склонившись над могилкой,
Шепчет тихо: - Где ты, ангелок?
Застелила я кровать тебе простынкой,
Чтоб уставший отдохнуть ты мог.
Я игрушек накупила много:
Самосвалы, “лего”, пистолет...
Ты не бойся, всё, что хочешь, трогай –
Настоящих ружей рядом больше нет…
Возвращайся, солнышко, не мучай,
Мама без тебя не проживёт.
Можешь облачком, а можешь просто тучкой
Или дождиком, что по весне идёт.
Хочешь деревцем, а хочешь тихим ветром –
Я тебя почувствую везде...
Но только с этим горьким белым светом
Не оставляй меня наедине…
7 чтец: (в руках детские рисунки, рассматривает и кладет на стол)
Спи, сыночек, спи, детуся!
то не топот и не свист.
это гуси, просто гуси
над землёю пронеслись.
Мчится белка-хвостик стрелкой
по асфальту чуть жива,
а за нею мнёт газоны
оголтелая толпа.
Люди, что вы? для чего вы?
разве память не жива:
улыбается ребёнок,
раздеваясь для костра.
Не сравнить мне и не взвесить,
может быть, толпа права?
Белка стоит ровно десять.
это вам не два рубля.
Ветка гнётся, сердце рвётся
где-то очень изнутри,
На пушочка солнце льётся,
а внизу толпа свистит...
Белка в клетке... вы довольны?
Совесть тоже улеглась?
Вам не холодно? не больно?
Ваши дети любят вас?
Спи, сыночек, спи, детуся,
То не топот и не свист,
это гуси, просто гуси
над землёю пронеслись…
Девочки поднимаются с колен, берутся за руки, одна из них читает:
Войну отогнать от детей изголовья,
Прочный мир на земле отстоять.
Это я поняла сердцем, разумом, кровью.
Это я говорю вам – МАТЬ!
Ведущий 1: Так хочется сказать: “Этого не может быть! Дети должны жить и быть
счастливыми!” Но перед глазами встает новая трагедия, по детской щеке катится еще одна
горькая слеза страдания.
Память мне стучится в сердце,
Бьёт набатом каждый день.
Помни пепельный Освенцим,
Хиросимы помни тень.
Ребята исполняют песню “Японский журавлик”:
Приехав из Японии, пройдя немало верст
Японского журавлика товарищ мне привез.
А с этим журавленочком история была
Про девочку, которая была облучена.
Припев: (2 раза)
Тебе я бумажные крылья расправлю
Лети, не тревожь этот мир, этот мир.
Журавлик, журавлик, японский журавлик
Ты вечно живой сувенир.
“Когда увижу солнышко?” – спросила у врача.
А жизнь такая тонкая, как по ветру свеча.
И врач ответил девочке: “Когда придет весна,
И тысячу журавликов ты сделаешь сама”.
Припев:
Но девочка не выжила и вскоре умерла.
И тысячу журавликов не сделала она.
Последний журавленочек упал из детских рук,
А девочка не выжила, как многие вокруг.
8 чтец:
Я хочу, чтоб в целом мире
Затрубили журавли.
И напомнить всем могли
О погибших в Хиросиме.
И о девочке умершей,
Не хотевшей умирать.
И журавликов умевшей
Из бумаги вырезать.
Пусть журавлик мой поможет
Тем, кому сегодня плохо.
Пусть звучит набатным звоном
Маленькой Сасаки слово.
Пусть бумажный мой журавлик
Вам исполнит все желанья,
Пусть исполнится легенда
Из японского преданья.
Дети кладут на стол бумажных журавликов.
Ведущий 2: Много лет прошло после ужасов войны. Но и в наше мирное время сердце
сжимается от страха за родных, близких, просто за людей, когда слышишь слово
“терроризм”. Слово, несущее беду.
Слайды. Трагедия Норд-Оста”.
На сцену выходит “террорист”, выталкивает двух “заложников”.
“Террорист”:
Всем оставаться на местах!
Меняется сценарий:
Сейчас на сцену выйдет... страх,
Какого вы не знали…
Спектакль без зрителей пойдет,
Всех зрителей – в массовку!
Мы превратим театр в дот,
Забудем про тусовку!
“1 заложник”:
Сначала было все, как шутка,
Потом – все жутче и страшней...
И нет ужасней промежутка
Для жизни – миг прощанья с ней.
НОРД-ОСТ – не мюзикл, а – ветер,
Холодный, словно смерть сама...
За чьи грехи на этом свете
Я медленно схожу с ума?
За чьи грехи я смерть приму?!
За что мне – сокращенье века?!
“2 заложник”:
Мы сидели там третьи сутки,
И, казалось, не будет конца –
Даже самые злобные шутки
Перестали тревожить сердца.
Нас уже не пугали гранаты –
"Ну, чего ж ты, шахидка, – взрывай!
Мы посмотрим, каким тебе Адом
Обернется обещанный Рай".
Но хотя притупилась немного
От волнения острая боль,
Мы в себе не утратили Бога,
Мы в себе сохранили контроль.
Мне надежда теплом и покоем
Согревала смущенную душу,
Когда дети в ряду предо мною
Затянули негромко "Катюшу".
Когда бледный, растрепанный, тонкий,
Восьмилетний на вид паренек
Разделил там с соседней девчонкой
На двоих свой положенный сок.
Как таскали нам воду девчонки,
Как старались друг другу помочь –
Там мы стали единым народом
Двое суток, на третью ночь.
Говорят, что не то поколенье,
Что утрачена русская стать,
Что почти что стоим на коленях,
И совсем не пытаемся встать.
Но я видел там твердость на лицах,
Непокорный, не дрогнувший зал –
И я верю – народ возродится
Коли стержень в душе не пропал!
“3 заложник”:
О них сегодня плачет дождь...
И скорбь на лицах желтых листьев...
Увы: назад их не вернёшь,
И больно нам от этой мысли.
Но мы же все остались здесь,
Мы не имеем права сдаться!
И лучшая убийцам месть –
Творя Добро, со Злом сражаться!
Посеять в нас животный страх,
Заставить смолкнуть эти песни –
Они не смогут. Даже так...
Они не смогут. Даже если...
Ребят, конечно, не вернуть...
Но руки наши вновь сомкнутся,
И, если мы продолжим путь,
Они нам с неба улыбнутся...
9 чтец:
Вспомните всех
поимённо.
Вспомните
и живых.
Время идёт.
Но больно
Каждому
из них.
Не заползайте в души
Выживших в том аду.
Рядом побудьте лучше
Жизнь иль минуту одну.
Вновь любопытные взгляды,
камеры, суета.
Люди!
Людьми быть надо!
Всем, как они тогда!
Слайды (1Сентября,Беслан), все участники под песню “Учат в школе” (Музыка: В.
Шаинский,слова: М. Пляцковский) парами поднимаются на сцену. Девочка( ученица 5-6
класса) дает первый звонок, пробегая перед выстроившимися “на линейку” ребятами.
Выходит “террорист”, останавливает девочку, все замирают. Звук автоматной
очереди. Дети сбиваются в круг, садятся на пол.
1 ученица (поднимается, подходит к маленькой девочке, берет ее за руку)
Кусочек неба в маленькой ладошке,
Надежда на спасенье в маминых руках.
Недетский страх застыл в глазах у крошки,
Зажато тельце в огненных тисках.
Ах, мама, разве так бывает?
Чтоб взрослые губили малышей!
-Нет, старшие всегда оберегают.
А эти… не походят на людей!
Кто право дал вершить людские судьбы?
И нежные сердца злой болью наполнять?
Еще вчера они учить пытались буквы,
Сегодня свой букварь уже не смогут дочитать.
За что? – вопрос, который сотрясает землю;
За что? – он не найдет ответ в умах.
И лишь живой огонь свечи нетленной
Прощения молитву схоронит в сердцах.
Девочка:
Не стреляйте в меня! Я учиться хочу!
Ах, зачем я, как Ангел, по небу лечу?!
Первый день сентября...
Сорван первый урок.
Этот день испокон –
Праздник школы любой...
Но спортзал, как загон –
Там… растяжки с пальбой!
Я расти и любить эту землю хочу.
Но зачем в изголовье мне ставят свечу?!
Стынет огненный пепел на детских губах.
Это наши мечты рассыпаются в прах...
Я не умер. Я Ангелом в небо лечу!
Это тело мое припадает к плечу.
Только в спину расстрелян спецназа боец:
Выносил он меня из огня, как отец...
Это – школа Беслана парит в небесах…
Это – Родина вся в материнских слезах.
Эти белые розы от крови черны...
Это – раны распятой террором страны.
Знаю, нелюдей в масках возмездье найдет,
Развенчает и горькую чашу нальет...
Но сегодня я Ангелом Света лечу –
Это наша любовь зажигает Свечу...
Я не плачу. Вослед палачам
Я кричу:
“Не взрывайте меня!
Я учиться хочу!”
2 ученица (на слайдах ангелы) Вечером второго сентября я ненадолго заснула. А
проснувшись, увидела вокруг себя незнакомых детей... Какой-то мальчик, сидевший
рядом со мной, рассказывал историю. И все слушали его как заколдованные.
Он рассказывал, что видел ангелов. Несколько дней назад вышел на балкон и увидел, как
они медленно летят по сиреневому небу. Ангелы были в белых платьях с золотистыми
шлейфами.
Когда на Земле умирает ребенок, Бог забирает его к себе, дает ему крылья и превращает в
ангела, — так сказал этот мальчик. Когда он говорил, стояла такая тишина, что я слышала
стук своего сердца. Мне вдруг показалось, что умирать совсем не страшно...
И когда кто-то сказал, что ангелов не бывает, все на него зашикали. Мы, конечно, уже
думали о смерти: заканчивался второй день, мы уже перестали есть и пить, и трудно было
дышать... Да, мы думали о смерти... И мальчик тоже думал. Поэтому он и стал
рассказывать нам про ангелов. Мне показалось, что так он готовил нас к смерти, давал
нам привыкнуть к этой мысли, успокаивал и не давал отчаяться.
Звучит песня “Мама, очень хочется жить…” (Слова: М.Маргулис, музыка: С.Дроздов,
исп. М.Михайлов) (Дети могут исполнить ее сами).
3 ученица:
Число цветов в букетах кратно "двум".
Заставленный бутылками с водою,
Горит нестройный ряд свечей. Угрюм,
Подавлен мир, столкнувшийся с бедою,
С коротким, страшным именем "террор".
Страна! В прицеле - женщины и дети.
Беда ворвалась к нам на школьный двор
И в наше с Вами будущее метит...
3 ученица:
В память о Беслане...
Вновь молитву прочтут
Скорби: в школе, в Беслане,
И цветы принесут,
Кто дочурке, кто маме.
Первоклашек ведут,
Те не все понимают,
Почему там и тут
Люди в голос рыдают.
Вместо радости, смеха,
Только траурный цвет,
Не забудется это….
Через множество лет.
Школьный двор. Всё в цветах,
И здесь нет забытых,
Слёзы, горечь в глазах,
Вечная скорбь об убитых…..
Ведущий 1: Дети-заложники... Странные жертвы странного времени … Детские лица на
взрослом прицеле смерти. Мы мечтаем жить в мире без войны, и верим, что это время
настанет… Добро обязательно победит Зло и наступит торжество Любви!
10 чтец:
Все начинается с любви...
Твердят:
"Вначале было слово..."
А я провозглашаю снова:
Все начинается с любви!..
Все начинается с любви:
и озаренье,
и работа,
глаза цветов,
глаза ребенка –
все начинается с любви.
Все начинается с любви,
С любви!
Я это точно знаю.
Все, даже ненависть –
родная и вечная сестра любви.
Все начинается с любви:
мечта и страх,
вино и порох.
Трагедия, тоска и подвиг –
все начинается с любви...
Весна шепнет тебе:
"Живи..."
И ты от шепота качнешься.
И выпрямишься.
И начнешься.
Все начинается с любви!
Все участники зажигают свечи, произносят финальные слова:
- Смерть... Всегда страшна.
- Ребенок... Всегда прекрасен.
- Человечество увидело детскую смерть. Вот он бежит от смерти, ребенок спешит. Он так
мало жил. Его маленькое тело удаляется... Но люди жестоки. Они стреляют в спину. В
спину ребенка...
- Посмотрите в глаза отца, который держит на руках бездыханное детское тело. Ему уже
не для чего и незачем жить. Он потерял самое дорогое – своего ребенка.
- Ответа нет... Нет сил. Есть вера, что все еще будет хорошо.
- Хочется обратиться ко всем взрослым людям мира.
- Помните, у детей должно быть детство! Самое светлое, чистое и радостное. Каждую
секунду дарите своим детям тепло и доброту.
- Помните, что вы можете не успеть и ребенок уйдет! Если мир страшен, то пусть рядом с
вами он будет счастлив!
- Помните то, что случилось…!
- Каждый миг любите своего ребенка. Ведь он абсолютно не защищен от выстрела в
спину.
- Дарите жизнь, любите жизнь... Защитите жизнь!
Дети подходят к сердцу, выложенному на полу, присаживаются, поднимают
зажженные свечи. Звучит песня “Ave Maria”, после того, как все ребята занимают свои
места, музыка стихает, слышно сердцебиение – минута Молчания.