«Поэты русские свершают жребий свой, не кончив песни лебединой…» (Литературная гостиная к 200-летию со дня рождения М.Ю. Лермонтова)


«Поэты русские свершают жребий свой, не кончив песни лебединой…»
( Литературная гостиная к 200-летию со дня рождения М.Ю.
Лермонтова)
Л.И. Дмитриева, Л.В.Зенина,
учителя русского языка и литературы
МБОУ СОШ №24 г. Белгорода
Оформление: автопортрет М.Ю. Лермонтова, книжная выставка; на
журнальном столике – свечи, перо и чернильница, рукопись; аудиозаписи
( А.Вивальди ,«Четыре времени года». Ф.Шуберт, «Колыбельная», «Ave
Marija», «Экспромт». В.А. Моцарт, «Симфония №40». К. Дебюсси , «Чудный
вечер» )
Эпиграф: Не просто, не в тиши,
не мирною кончиной, -
Но преждевременно,
противника рукой –
Поэты русские свершают жребий свой,
Не кончив песни лебединой!
Е.П. Растопчина
Ведущий 1: Однажды правитель Дагестана и Чечни захотел объявить о
новом законе. Но, как всякий умный правитель, сначала собрал на совет
своих мудрецов. Закон под страхом смерти запрещал писать стихи. Мудрецы,
пораздумав, признались ему в своих сомнениях: «Кто может запретить
писать стихи поэту?» Кто-то сравнивал это с запретом птице летать, а
младенцу улыбаться и плакать. Кто-то сказал, что нельзя остановить ветер.
И тогда Шамиль, уважавший мудрость, засмеялся и сказал: «Это будет самый
лучший мой закон. Я прав, и вы правы. Потому что настоящего поэта не
остановит страх смерти. Потому что он и птица, и ребёнок, и ветер».
Ведущий 2: Знал ли эту легенду, а может, и быль, поручик Тенгинского
полка, сосланный на Кавказ за свои стихи?
Звучит «Зима» А. Вивальди.
Ведущий 1: 15 июля 1841 года у подножия горы Машук в окрестностях
Пятигорска был убит на дуэли русский поэт Михаил Лермонтов. Во время
дуэли началась гроза. Молнии рассекали сумрак. Гремел гром. Секунданты
скомандовали сходиться. Лермонтов поднял пистолет дулом вверх и остался
на месте. Лицо поэта было спокойно, даже весело. Мартынов быстро
подошёл к барьеру и застрелил поэта в упор. За раскатами грома выстрела не
было слышно. Молнии, громы, ветры метались по Пятигорску, будто стонала
развёрстая земля. Два часа тело Лермонтова лежало под ливнем, освещаемое
вспышками молний. Поэту было 26 лет…
Ведущий 2: Кто-то записал себе в дневник: «Если бы секунданты были не
мальчишки…». Наивный! Стрелял Мартынов, но стреляли-то из Петербурга.
«Туда ему и дорога», - хмыкнул монарх. «В поэтов целят – из столиц…». Из
Зимнего дворца никогда не стреляли холостыми.
Ведущий 1: Говорят, каждый год, в тот же день и час, будто так назначено
судьбой, сгущается небо над горной опушкой, и всё повторяется…
Незаживающая, открытая рана.
Ведущий 2: 26 лет. Короткая, как мгновение, и яркая, как звезда, жизнь.
Звучит «Колыбельная» Ф. Шуберта.
Ведущий 1: Природа наделила Его страстями. Трёх лет он плакал на коленях
у матери от песни, которую она певала ему. И в память о рано угасшей
матери и о песне он написал потом своего «Ангела»:
Он душу младую в объятиях нёс
Для мира печали и слёз;
И звук его песни в душе молодой
Остался без слов, но живой.
Ведущий 2: В автобиографических набросках М. Лермонтов рассказывает,
что с детских лет он разлюбил игрушки и начал мечтать. Шести лет уже
заглядывался на закат, усеянный румяными облаками, и непонятно –
сладостное чувство уж волновало его душу, когда полный месяц светил в
окно на его детскую кроватку.
Звучит «Ave Marija» Ф. Шуберта
Чтец (юноша):
Русалка плыла по реке голубой,
Озаряема полной луной;
И старалась она доплеснуть до луны
Серебристую пену волны.
И шумя, и крутясь, колебала река
Отражённые в ней облака;
И пела русалка и звук её слов
Долетал до крутых берегов.
И пела русалка:
Чтец (девушка):
«На дне у меня
Играет мерцание дня;
Там рыбок златые гуляют стада;
Там хрустальные есть города;
И там на подушке из ярких песков
Под тенью густых тростников
Спит витязь, добыча ревнивой волны,
Спит витязь чужой стороны.
Расчёсывать кольца шелковых кудрей
Мы любим во мраке ночей,
И в чело, и в уста мы в полуденный час
Целовали красавца не раз.
Но к страстным лобзаньям, не знаю зачем,
Остаётся он хладен и нем;
Он спит – и, склонившись на перси ко мне,
Он не дышит, не шепчет во сне…»
Чтец (юноша):
Так пела русалка над синей рекой,
Полна непонятной тоской;
И, шумно катясь, колебала река
Отражённые в ней облака.
Ведущий 1: Он полюбил впервые в десятилетнем возрасте на Кавказе.
Вспоминая через 5 лет златокудрую девочку, он записал в тетрадку свою: «Я
не знаю, кто была она, откуда, но эта загадка, этот потерянный рай до
могилы будет терзать мой ум!..
Байрон говорит, что ранняя страсть означает любовь к высоким
искусствам. Я думаю, что в такой душе много музыки».
Ведущий 2: Михаил Лермонтов был одарен удивительной музыкальностью
играл на скрипке, на фортепиано, пел, сочинял музыку на собственные
стихи. Немного рождалось поэтов, которые бы так слышали мир и видели его
так. В этом Лермонтову-поэту помогал его глаз художника. Если бы он
профессионально занимался живописью, он мог бы стать великим
художником.
Ведущий 1: «Музыка моего сердца была совсем расстроена нынче», - вписал
шестнадцатилетний Лермонтов в одну из своих тетрадок. Суровая жизнь с
малых лет расстраивала ему эту музыку «сердца».
Ведущий 2: После того как из университетских аудиторий он перешел в
Петербург, в кавалерийскую школу, его старший и верный друг Мария
Лопухина писала ему из Москвы: «Если вы продолжаете писать, не делайте
этого никогда в школе и ничего не показывайте вашим товарищам, потому
что иногда самая невинная вещь причиняет нам гибель. Остерегайтесь
сходиться слишком быстро с товарищами, сначала хорошо их узнайте. У вас
добрый характер, и с вашим любящим сердцем вы тотчас увлечетесь».
Ведущий 1: Добрый характер, любящее сердце, способность увлекаться – вот
каким он был и каким навсегда остался.
Ведущий 2: Природа наделила его могучими страстями и волей,
проницательным умом и талантом. Одного – забвения – не дал ему Бог. Он
никогда и никуда не мог уйти от прошлого.
Звучит «Зима» А. Вивальди.
Ведущий 2: Аким Гирей, троюродный брат Лермонтова, вспоминал: «Будучи
студентом, он был страстно влюблен… в молоденькую, милую, как день, и в
полном смысле восхитительную Варвару Александровну Лопухину. Чувство
к ней Лермонтова было безотчетно, но истинно и сильно, и едва ли не
сохранил он его до самой смерти своей».
Ведущий 1: Они познакомились весной 1831 года. А летом того же года
расстались. Лермонтов уехал в Петербург, словно предчувствуя, что они
расстаются навсегда, что в будущем судьба подарит им всего лишь несколько
коротких встреч. Варенька тяжело переживала предстоящую разлуку. Она
призналась Лермонтову в любви, обещала ждать его возвращения.
Ведущий 2: Чувством любви было переполнено и сердце поэта. И вдруг, как
гром среди ясного неба: Варенька Лопухина выходит замуж. Это было
невозможно, немыслимо, но…
Ведущий 1: Николай Федорович Бахметев был старше жены лет на
двадцать, из помещиков, каких в дюжине тринадцать… Что же произошло
там, в Москве? Катастрофа? Самоубийство? Принесение жертвы?
Ведущий 2: Он помчался в Москву. Потом снова увидел ее в Петербурге на
короткий миг. А потом он послал ей свою поэму. Ею, мадонной, был
вдохновлен когда-то «Демон». Поэма дышала мучительной, неиссякаемой и
неистребимой любовью к ней. Меж ровных писарских строк поэт заполнил
собственной рукой нарочито оставленный пробел. Это и было послание,
обращенное к подруге, изменившей любви:
Час разлуки, час свиданья
Им ни радость, ни печаль;
Им в грядущем нет желанья
И прошедшего не жаль…
Ведущий 1: Это было восстание против нее и против собственного чувства.
Он так ее любил, что не хватило сил пощадить. Это была наивная вера в
освобождение от прошлого, от нее. От всего, чем жил… Но одного –
забвения – не дал ему Бог.
Чтец: Я к вам пишу случайно; право,
Не знаю, как и для чего.
Я потерял уж это право.
И что скажу вам? – Ничего!
Что помню вас? – но, Боже правый,
Вы это знаете давно;
И вам, конечно, всё равно.
Ведущий 2: Кому адресовано это послание? Оно пойдёт в Москву, к милой
кузине, Сашеньке Верещагиной. И хоть нет никакого дела Сашеньке до
Кавказской войны, стихи о Валерике всё-таки пойдут к ней. А Сашенька,
прочитав послание от начала до конца, непременно поедет на Арбат. Улучив
минуту, она передаст тайное послание госпоже Бахметевой.
Ведущий 1: Если бы перенестись Михаилу Юрьевичу Лермонтову в тот
самый арбатский дом, и, невидимо для Вареньки, самому взглянуть: не
дрогнет ли её рука, переворачивая посланные ей неведомо зачем листы? А
ещё бы лучше подойти к ней в эту минуту и самому продолжить:
Чтец: Но я вас помню – да и точно,
Я вас никак забыть не мог!
Во-первых, потому что много
И долго, долго вас любил,
Потом страданьем и тревогой
За дни блаженства заплатил…
Ведущий 2: Когда думает об этом поэт, его тёмные, без блеска, глаза ещё
больше темнеют. Но правда остаётся правдой. Он никогда и никуда не мог
уйти от прошлого, которое продолжает быть неиссякаемо живым.
Ведущий 1: Письмо М.А. Лопухиной, 2 3 декабря 1834 года:
Чтец: « Милый друг! Что бы ни случилось, я никогда не назову Вас иначе;
это значило бы порвать последние нити, ещё связывающие меня с прошлым,
а этого я не хотел бы ни за что на свете, так как моя будущность,
блистательная на первый взгляд, в сущности, пуста и заурядна. Должен Вам
признаться, с каждым днём я всё больше убеждаюсь, что из меня вовсе не
получится ничего путного со всеми моими прекрасными мечтами и ложными
шагами на жизненном пути…
Сберегу ли я в себе хоть частицу молодой пламенной души, которой столь
некстати одарил меня Бог? Не разочаруюсь ли я окончательно во всём, что
движет вперёд нашу жизнь?»
Звучит «Симфония № 40» В.А. Моцарта. Ученик читает стихотворение
«В небесах торжественно и чудно!»
Поэт: Я по натуре скиталец. На месте мне не по себе, и я начинаю бродить в
мечтах. По-детски представляю себя то воином вольного Новгорода, то
владельцем рыцарского замка в горах Шотландии. Ты знаешь, я верю, что
наш род ведёт своё начало от знаменитого шотландского барда, мага и
чародея Томаса Лермонта из Эрсилдуна, воспетого Вальтером Скоттом. С
его именем связана одна старинная легенда. Она так волнует меня, словно
это рассказ о моей жизни.
Звучит «Ave Marija» Ф. Шуберта.
1 чтец: В дни своей юности встретил Томас Лермонт королеву фей. Ее
красота околдовала его, и он семь лет провел в королевстве фей безмолвным
рыцарем в ее свите.
2 чтец: Но вот настало время рыцарю Томасу покинуть страну цветов и
солнца. Королева наградила его волшебным даром слагать пророческие
стихи.
1 чтец: И жаль было прекрасной фее расставаться с юным рыцарем, и
сказала она ему в час прощания:
- Однажды, Томас Лермонт, за тобой придет вестник, и ты навсегда
вернешься в королевство фей.
- Как я узнаю его, прекрасная повелительница?
- Ты узнаешь его сразу.
2 чтец: И Томас Лермонт вернулся в свою Шотландию.
1 чтец: Все пророчества его сбывались. Дивились сородичи его волшебному
дару.
2 чтец: Но сам Томас часто был грустен. Как пламя заката в горах, горела в
его сердце память о вечном празднике в солнечной долине фей.
1 чтец: Вечерами ему слышались переливы серебристых голосов, и как
живая вставала перед ним картина блаженной страны.
2 чтец: Шли годы. Таинственный вестник не появлялся.
1 чтец: Но вот однажды в Эрсилдун вошли сияющие, как горные снега, два
белых оленя. Жители селения расступились перед ними, пораженные чудом,
а Томас Лермонт вдруг посветлел лицом и пошел вслед за ними, забыв обо
всем на свете. Олени привели его к реке, вошли в воду, и все трое исчезли.
Поэт: Зачем я не птица, не ворон степной,
Пролетевший сейчас надо мной?
Зачем не могу в небесах я парить
И одну лишь свободу любить?
Звучит «Чудный вечер» К. Дебюсси. Ученик читает стихотворение
«Тучки небесные, вечные странники!».
Поэт: «Москва – моя родина и такою будет для меня всегда: там я родился,
там много страдал и там же был слишком счастлив!»
Чтец: Москва, Москва!.. люблю тебя, как сын,
Как русский, - сильно, пламенно и нежно!
Люблю священный блеск твоих седин
И этот Кремль зубчатый, безмятежный.
Ведущий 2: Отрывок из юношеского сочинения Михаила Лермонтова:
1 чтец: «Кто никогда не бывал на вершине Ивана Великого, кому никогда не
случалось окинуть одним взглядом всю нашу древнюю столицу с конца в
конец, кто ни разу не любовался этою величественной, почти необозримой
панорамой, тот не имеет понятия о Москве, ибо Москва не есть
обыкновенный большой город, каких тысяча.
2 чтец: Что сравнить с этим Кремлём, который, окружась зубчатыми
стенами, красуясь золотыми главами соборов, возлежит на высокой горе, как
державный венец на челе грозного владыки.
1 чтец: Нет, ни Кремля, ни его зубчатых стен, ни его тёмных переходов, ни
пышных дворцов его описать невозможно. Надо видеть, видеть… надо
чувствовать всё, что они говорят сердцу и воображению».
Чтец:
Над Москвой великой, златоглавою.
Над стеной кремлевской белокаменной
Из-за дальних лесов, из-за синих гор,
По тесовым кровелькам играючи,
Тучки серые разгоняючи,
Заря алая подымается;
Разметала кудри золотистые,
Умывается снегами рассыпчатыми,
Как красавица, глядя в зеркальцо,
В небо чистое смотрит, улыбается.
Уж зачем ты, алая заря, просыпалася?
На какой ты радости разыгралася?
Ведущий 1: Иван Сергеевич Тургенев вспоминает о встрече с Лермонтовым:
Чтец: «В наружности Лермонтова было что-то зловещее и трагическое:
какой-то сумрачной и недоброй силой, задумчивой презрительностью и
страстью веяло от его смуглого лица, от его больших и неподвижно-тёмных
глаз. Их тяжёлый взор странно не согласовывался с выражением почти
детски нежных и выдававшихся губ… Внутренно Лермонтов, вероятно,
скучал глубоко, он задыхался в тесной сфере, куда втолкнула его судьба.
На бале Дворянского собрания ему не давали покоя, беспрестанно
приставали к нему, брали его за руки, одна маска сменялась другою; а он
почти не сходил с места и молча слушал их писк, поочерёдно обращая на них
свои сумрачные глаза.
Мне тогда же почудилось, что я уловил на лице его прекрасное выражение
поэтического творчества. Быть может, ему в голову приходили те стихи…»
На фоне «Симфонии №40» В.А. Моцарта звучит стихотворение «Как
часто, пёстрою толпою окружён…»
Ведущий 2: И Лермонтов имел смелость высказать всё, что думал о них.
«Люди лицемерные, слабые никогда не прощают такой смелости», - писал о
нём Герцен. На последних творениях Лермонтова уже лежит печать
обречённости.
Поэт: Никто моим словам не внемлет… я один.
Чтец 1: И скучно и грустно, и некому руку подать
В минуту душевной невзгоды…
Чтец 2: Желанья!.. что пользы напрасно и вечно желать?..
А годы проходят – всё лучшие годы!
Чтец 1: Любить…но кого же?.. на время не стоит труда.
А вечно любить невозможно.
Чтец 2: В себя ли заглянешь? – там прошлого нет и следа:
И радость, и муки, и всё там ничтожно…
Чтец 1: Что страсти? - ведь рано иль поздно их сладкий недуг
Исчезнет при слове рассудка;
Чтец 2: И жизнь, как посмотришь с холодным вниманьем вокруг, -
Такая пустая и глупая шутка…
Ведущий 1: В апреле 1840 года Лермонтов был сослан в действующую
армию на Кавказ, где его ждала роковая встреча с майором Мартыновым. За
3 года до этого поэт был сослан сюда за стихи на смерть Пушкина. Он писал
о судьбе любимого им поэта – строки стихов вырисовали и его судьбу. Он
грозил возмездием палачам – палачи слали его под пули. Странными,
неведомыми путями сплетались судьбы поэтов и их убийц.
На фоне музыки (А. Вивальди «Зима)» звучат строки:
Не смейся над моей пророческой тоскою;
Я знал: удар судьбы меня не обойдёт;
Я знал, что голова, любимая тобою,
С твоей груди на плаху перейдёт;
Я говорил тебе: ни счастия, ни славы
Мне в мире не найти, настанет час кровавый ,
И я паду…
Чтец читает стихотворение «Сон» (« В полдневный жар в долине
Дагестана…»)
Ведущий 2: Он лежал не в долине Дагестана, а у подножия Машука.
Полдневный жар отпылал. Над Кавказом грохотала гроза, оплакивая сына
человеческого. Бессмертного и навсегда молодого.
Ведущий 1: Гений всегда приходит вовремя и говорит то, что ему
предназначено сказать миру. Во весь голос.
Ведущий 2: И пока этот голос звучит в нас, мы не бедны, не одиноки. Мы
наследники великого народа, продолжатели великой культуры.