Классный час "День памяти жертв политических репрессий"


Сценарий. Вечер памяти жертв политических репрессий.
С модернизацией российского государства и общества в нашем календаре появляются
новые даты. По указу президента Российской Федерации 30 октября отмечается, как День
памяти жертв политических репрессий. До сих пор осталось много белых пятен по истории
репрессий в СССР. Сегодня нас поражают даже официально опубликованные итоги за годы
«Большого террора» (1937-38 гг.): 1 344 923 арестованных, 681 692 расстрелянных.
Некоторые исследователи называют другие числа: 12-14 млн. арестованных, не менее 1 млн.
расстрелянных. Может быть, истины мы не узнаем никогда, потому что места расстрелов и
захоронений открываются случайно, так как они тщательно скрывались работниками НКВД.
Но в памяти народной должна храниться трагическая страница истории расправы над
собственным народом (за которой тысячи искалеченных людских жизней и судеб); а такие
слова как «сталенщина», «ежовщина», репрессии, террор не должны существовать в
политической жизни стран. Мы должны чтить память тех, кто незаслуженно пострадал или
погиб в те страшные годы для нашей страны. Вниманию коллег предлагаю авторскую
разработку «Вечер памяти жертв политических репрессий».
Звучит музыка «Реквием».
Организатор вечера (учитель истории). Наша встреча сегодня проводится в День
Памяти Жертв Политических Репрессий. Я начну её стихами:
Всем,
кто клеймен был статьёю полсотни восьмою,
кто и во сне окружён был собаками, лютым конвоем,
кто по суду, без суда, совещаньем особым
был обречён на тюремную робу до гроба,
кто был с судьбой обручён кандалами, колючкой, цепями,
им
наши слезы и скорбь, наша вечная память!
Слово предоставляется Начальнику управления социальной защиты населения.
1-й ведущий: 30 октября выбрано президентом РФ в качестве Дня жертв репрессий не
случайно: за 19 лет до него этот день был выбран, если угодно, Богом. В этот день в 1972 г. в
мордовском лагере умер Юрий Галансков, получивший срок за свой протест против лишения
свободы Синявского и Даниеля - писателей, осуждённых за опубликование своих рассказов
за рубежом.
Через 2 года, в октябре 1974 г. группа соузников Галанскова сумела передать на волю
предложение отмечать во всём мире этот день как День политзаключённых. Что и было
принято мировым сообществом. И исполнялось и в советских лагерях - посредством
голодовок - несмотря на неминуемые карцеры, запреты свиданий, переводы на тюремный
режим и прочие прелести. До 1974 года в качестве Дня политзаключённых отмечалась
другая дата 5 сентября годовщина известного декрета 1918 года «О красном терроре»,
который помимо расстрела «всех лиц, прикосновенных к белогвардейским организациям,
заговорам и мятежам ввел в Советской России концентрационные лагеря…».
2-й ведущий: Указ президента знаменовал разрыв нового государства с советским
репрессивным режимом. Насколько этот разрыв подтверждается новой практикой, мы
можем судить сами.
Но задумывался ли президент, подписывая свой указ, о том, что слово «репрессии» вряд ли
соответствует тому, что происходило с установлением у нас советской власти.
В самом деле, что такое репрессия? Это когда власть карает людей, за какие-то их
действия против неё так? Между тем, подавляющее большинство тех, кого мы сегодня
понимаем, ни о каких действиях против власти и не помышляли.
3-й ведущий: Ни тысячи инженеров, арестованных в связи с «шахтинским делом»;
ни сотни тысяч замученных, расстрелянных, загубленных в 1937 1938 гг. партийцев,
наивно веривших, что они ум, честь и совесть эпохи строят светлое будущее для всех
трудящихся; ни миллионы крестьян, поверивших «новой экономической политике»,
объявленной в 1921 году и оказавшиеся через 7 лет жертвами «политики ликвидации
кулачества как класса». Не боролись против власти ни расстрелянные маршалы и генералы
почти весь советский генералитет, ни поэты: Гумилёв, Табидзе, Смеляков, Заболоцкий; ни
артисты Русланова, Дворжецкий, Михоэлс, ни автор траектории будущего американского
полёта на Луну Кондратюк, или будущий руководитель советской космической программы
Королёв, или самолётостроитель Туполев, ни генетики Вавилов, Пантин, Тимофеев
Ресовский, ни наш физик Румер, астроном Козырев, историк Гумилёв, ни поголовно
уничтоженный еврейский антифашистский комитет, ни жертвы послевоенного
«ленинградского дела», не говоря уже о миллионах пленных солдат…
1-й докладчик: «Об условиях содержания заключённых».
Крупнейшими лагерями, в которых отбывали наказания заключённые, находились на
Соловках и на Колыме. Условия содержания заключённых в этих лагерях привели к
большим человеческим жертвам. Охрана на Соловках состояла из сотрудников ОГПУ,
уличённых в прегрешениях по службе и отправленных на Соловки для исправления. И они
творили там произвол. Новых заключённых встречали словами: «Здесь не Советская
республика, а Соловецкая! Усвойте! Нога прокурора ещё не ступала на соловецкую землю, и
не ступит! Знайте! Вы сюда присланы не для исправления! Горбатого не исправишь».
Жизнь походила на театр абсурда. Выпускался свой журнал «Соловецкие острова». А с
1926 г. на него была объявлена Всесоюзная подписка. Существовал и свой драматический
коллектив, потому что там сидело очень много деятелей культуры. А ботаники и
искусствоведы состояли в Соловецком обществе краеведов.
С Соловецких островов было только два побега. Существовали разные меры умерщвления
людей. Из 84 тысяч человек погибло 43 тысячи человек.
На Колыме в разные годы отбывали наказание 2,5 млн. человек из них погибло 950 тыс.
человек.
Умирали от истощения и связанными с ним болезнями.
Размер пайка стал для лагерной администрации главным средством заставить
заключённых до конца выкладываться на работе. Ударникам полагался усиленный паёк и
возможность досрочного освобождения, а тем кто не выполнил норму безжалостно паёк
урезали.
С 1938 г. начали проводить массовые расстрелы, тем самым избавились от неугодных
заключённых.
4-й ведущий: Это не репрессии, это - тупое насилие, которое даже политическим не
назовёшь Просто насилие власти, ощущающей себя властью только в актах насилия, чем
беспричинней, тем упоительней!
Ничего нового в этом отношении советский режим не изобрёл. Если вдуматься, насилие
выполняло функцию основной производительной силы. Правда, система эта не умела
производить ничего, кроме насилия. Но уж это она производила в расширяющихся
масштабах.
Корреспондент обращается к приглашённым гостям (бывшим репрессированным) с
вопросом «Что означает слово репрессия для Вашей семьи?»
1-й ведущий: В годы «Большого террора» (1937-38 гг.), который унёс неизвестное до сего
времени количество жизней наших соотечественников. Поражают даже официально
опубликованные итоги этой компании: 1 344 923 арестованных, 681 692 расстрелянных.
Известный историк Р.Конквест (БТ) называет другие числа: 12-14 млн. арестованных, не
менее 1млн. расстрелянных; Комиссия ЦК (1962 г.) и того больше: 19 млн. арестованных, не
менее 7 млн. расстрелянных.
Как бы то ни было, оба названия ежовщина и БТ неточны. НКВД, проводивший в те
годы массовые аресты и расстрелы, действительно, возглавлял Н.Ежов, но не ему
принадлежал замысел этой акции. Если уж связывать это с чьим то именем, то надо бы
назвать: сталенщина. Достаточно вспомнить, что в ходе БТ были уничтожены ¾ членов ЦК
почти все ближайшие соратники Ленина, 95% высшего генералитета создатели ещё
ленинской Красной Армии. Все они отнюдь не враги ни Сталина, ни тем более советской
власти.
1-й чтец: «Об Анне Ахматовой».
Реквием
1935 1940
Нет, и не под чуждым небосводом,
И не под защитой чуждых крыл, -
Я была тогда с моим народом,
Там, где мой народ, к несчастью, был.
1961г.
В страшные годы ежовщины она провела семнадцать месяцев в тюремных очередях в
Ленинграде. Как-то раз кто-то «опознал» её. Тогда стоящая за ней женщина с голубыми
губами, которая, конечно, никогда в жизни не слыхала её имени, очнулась от свойственного
им оцепенения и спросила её на ухо (там все говорили шепотом):
- А это вы можете описать?
И Ахматова сказала:
- Могу.
Тогда что-то вроде улыбки скользнуло по тому, что некогда было её лицом.
1 апреля 1957 г.
Ленинград.
2-й чтец: Анна Ахматова «Посвящение».
Перед этим горем гнутся горы,
Не течёт великая река,
Но крепки тюремные затворы,
А за ними «каторжные норы»,
И смертельная тоска.
Для кого- то веет ветер свежий,
Для кого-то нежится закат –
Мы не знаем, мы повсюду те же,
Слышим лишь ключей постылый скрежет
Да шаги тяжёлые солдат.
Подымались как к обедне ранней,
По столице одичалой шли,
Там встречались, мёртвых бездыханней,
Солнце ниже, и Нева туманней,
А надежда всё поёт вдали.
Приговор…. И сразу слёзы хлынут,
Ото всех уже отделена,
Словно с болью жизнь из сердца вынут,
Словно грубо навзничь опрокинут,
Но идёт….Шатается….Одна.
Где теперь невольные подруги
Двух моих осатанелых лет?
Что им чудится в сибирской вьюге,
Что мерещится им в лунном круге?
Им я шлю прощальный мой привет.
Март 1940 г.
Корреспондент обращается к приглашённым гостям (бывшим репрессированным) с
вопросом «Как повлияли репрессии на Вашу судьбу?».
2-й ведущий: Большой террор был тщательно спланирован как своеобразная войсковая
операция. Причём убийство Кирова 1 декабря 1934 г. только внешне выглядело поводом для
развязывания террора, скорее оно было одним из мероприятий его кадровой и
психологической подготовки.
Сам же план БТ с разбивкой всего населения на группы и категории, процентными
нормативами по каждой категории и лимитами на аресты и расстрелы по областям и
республикам был представлен Ежовым на утверждение Политбюро ЦК ВКП (б) 2 июля 1937
г. Ликвидации или лишению свободы подлежали не только остатки «враждебных классов»
(включая детей) и бывшие члены враждебных партий и участники белого движения их
дети), но и коммунисты бывшие члены всех оппозиционных течений в ВКП (б) – 383
списка виднейших партийных и государственных деятелей.
3-й чтец: Анна Ахматова «Вступление».
Это было, когда улыбался
Только мёртвый, спокойствию рад.
И ненужным привеском болтался
Возле тюрем своих Ленинград.
И когда, обезумев от муки,
Шли уже осуждённых полки,
И короткую песню разлуки
Паровозные пели гудки,
Звёзды смерти стояли над нами,
И безвинная корчилась Русь
Под кровавыми сапогами
И под шинами чёрных марусь.
3-й ведущий: По-видимому, на этом же пленуме обсуждался и вопрос о пыточном
следствии. Массовые пытки начались в ночь с 17 на 18 августа 1937 г.
Идеологически БТ был обоснован ещё в 1928 г. сталинским тезисом об обострении
классовой борьбы по мере продвижения к социализму; тезис этот доказывался самими же
репрессиями: «Шахтинский процесс» лето 1928 года, арестовано больше 2000 инженеров,
5 из них расстреляно; процесс «Промпартии» 1930 г., расстреляны Чаянов, Кондратьев
экономисты мирового уровня; «дело о вредительстве на электростанциях» 1933 г.,
арестованы сотни специалистов в Москве, Челябинске, Златоусте, Баку.
И. Сталин: «Доказано, что вредительство наших спецов, антисоветские выступления
кулачества… субсидировались и вдохновлялись извне».
Формально БТ закончился 17 ноября 1938 года.
4-й чтец: Анна Ахматова «Приговор»
И упало каменное слово
На мою ещё живую грудь.
Ничего, ведь я была готова,
Справлюсь с этим как-нибудь.
У меня сегодня много дела:
Надо память до конца убить,
Надо, чтоб душа окаменела,
Надо снова научиться жить.
А не то… Горячий шелест лета
Словно праздник за моим окном.
Я давно предчувствовала этот
Светлый день и опустелый дом.
(22 июня) 1939 г.
Фонтанный Дом.
Корреспондент обращается к приглашённым гостям (бывшим репрессированным) с
вопросом «Как ваша семья добилась реабилитации?».
4-й ведущий: 25. 11. 38 на пост народного комиссара внутренних дел назначен Берия,
большинство ежовских следователей арестовано и расстреляно, 327400 «ежовских» узников
освобождено. Сам Ежов был назначен народным комиссаром водного транспорта, затем этот
наркомат упразднили, а Ежов арестован и расстрелян. Но о его аресте, суде и расстреле
никогда не сообщалось официально, лишь в языке возникло слово «ежовщина», но
официально и оно не употреблялось.
О количестве жертв БТ сказано выше: исчисляемое миллионами, оно остаётся
неопределённым, места их захоронения открываются случайно. Наследники НКВД делают
всё, чтобы не допустить обнародования расстрелянных списков. Вот, например, в Карелии
вблизи Медвежьегорска обнаружено массовое захоронение. Здесь 27 октября 1937 г. были
расстреляны 1111 человек.
5-й чтец: Анна Ахматова «Эпилог».
Узнала я, как опадают лица,
Как из-под век выглядывает страх,
Как клинописи жёсткие страницы
Страдание выводит на щеках,
Как локоны из пепельных и чёрных
Серебряными делаются вдруг,
Улыбка вянет на губах покорных,
И в сухоньком смешке дрожит испуг.
И я молюсь не о себе одной,
А обо всех, кто там стоял со мною
И в лютый холод, и в июльский зной
Под красною, ослепшею стеною.
2-й докладчик: « Репрессированные на территории нашего края (в Тюменской области
В полной мере жи