История Нового времени 7 класс "Повседневная жизнь"


Повседневная жизнь.
Задание: - рассмотрим повседневную жизнь населения Европы;
- охарактеризовать бытовые условия жизни
европейцев в XVI-XVIII вв.
Проверь себя:
- Какие социальные трансформации пережила Европа в Новое
время?
- Что такое новое дворянство?
- Какие социальные изменения происходили в деревне?
План:
1) Избави нас, Господи, от чумы, голода и войны;
2) Столетия редкого человека;
3) Грим и пудра вытесняют мыло;
4) Города в начале Нового времени;
5) Менялась жизнь – менялась мода;
I. «Избави нас, Господи, от чумы, голода и войны».
Главные враги крестьян – чума, голод и война.
Последствия междоусобных войн и внешних войн:
- чувство неуверенности и страха;
- разорение, грабежи, насилие, убийства.
Голод: в Германии с 1660 по 1807 гг. в среднем каждый четвертый год
был голодным.
Чума: 1612 г., 1619, 1631, 1638, 1662, 1688 = 6 эпидемий в XVII в.
Оспа: поражала 95 человек из 100, умирал каждый 7-й.
Сыпной тиф: («алая лихорадка») поражала население целых городов.
II. Столетия редкого человека.
Население Европы росло очень медленно.
Причины:
1) высокая смертность среди новорожденных;
2) низкая средняя продолжительность жизни (30 лет);
Продолжительность жизни мужчин, несмотря на бесконечные войны,
была более высокой, чем женщин.
Причины: - тяжкий, непосильный труд в поле и дома;
- отсутствие медицинской помощи при родах;
- недостаток еды;
- низкий уровень личной гигиены;
III. Грим и пудра вытесняют мыло.
Нижнее белье вошло в быт только в XVIII в. В XVI – XVIII вв. исчезают
почти все бани: с ростом эпидемий бани превратились в рассадник заразы.
Отсутствие канализаций.
XVI XVIII вв. питание в основном растительной пищей (овес, просо,
ячмень). Малодоступны: пшеница, рис, кукуруза. Редкость – белый хлеб.
Картофель вошел в рацион европейцев на рубеже XVIII XIX вв.
Мясо – ели очень редко (во Франции 22 кг в год на человека). Ели один
раз в неделю.
Рыба основное дополнение к растительной пище.
Напитки: чай, кофе, шоколад. Возрастает потребление сахара.
IV. Города в начале Нового времени.
Крупнейший город Европы – Лондон (1770 г. – 550 тыс. человек; в
середине XVIII в 675 тыс.). Остальные города Англии – 10-20 тыс.
человек.
Лондон: Сити деловой центр города;
Уэстминстер проживание короля, парламент и богачи;
Вдоль Темзы – район простолюдинов;
Левый берег Темзы – Саутворк (расологались шестнадцать
театров).
Лондон – крупный торговый центр: много рынков, ежегодные ярмарки,
лавки, разносчики товаров.
Дома богачей: нарядная лепка, мебель из дорогих пород дерева,
деревянные панели, матерчатые, бумажные обои, камины.
Жилье бедняков: трущобы, полное отсутствие канализации, одна комната,
почти полно отсутствие мебели, вся мебель: стол, стулья, деревянная
кровать, тюфяк, подушки, сундук
V. Менялась жизнь – менялась мода.
Новый идеал красоты появился в начале Нового времени в Италии, где
пробудился интерес к личности человека. Люди эпохи Возрождения
установили новые каноны (правила, предписания) красоты: высокий рост,
широкие плечи, тонкая талия, красивый рот, белые зубы.
Женщины: белокурые волосы (парики), высокий лоб, тонкие брови.
Одежда:
Разрезные рукава, нижнее белье белого цвета.
Мужская одежда: плащи из узорчатой ткани;
Пожилые люди длинные плащи;
Головные уборы берет с перьями;
Женские платья вышивка, золотые цепи, драгоценные камни.
Проверь себя:
- Как Вы думаете, в чем причина ранней смертности в XVI-XVII вв.?
- Чем объясняется фактическое отсутствие прироста населения в Европе в
XVI-XVII вв.?
- Что составляло основу рациона обычного европейца?
Итог:
Итак, бытовые условия зачастую определяют особенности
мировосприятия.
А бытовые условия XVI-XVIII вв. принципиально отличались от настоящих.
Человек значительно больше времени проводил в заботах о домашнем
хозяйстве. Самые простые процедуры требовали больших усилий.
Д/З:
- Параграф №6;
- Объясните, почему молитва начиналась словами: «Избави на, Господи,
от чумы, голода и войны».
- Письменно ответить как вы понимаете выражение:»Скажи мне, что ты
ешь, и я скажу, кто ты есть
- Подготовить презентацию «Европейская мода в XVI – XVII вв.»
Дополнительные материалы
Что касается стола, то с первого взгляда легко различимы два края:
роскошь и нищета, сверхизобилие и скудость. Отметив это, обратимся
к роскоши. Это зрелище для сегодняшнего наблюдателя, сидящего
в своем кресле, самое бросающееся в глаза, лучше всего описанное, да
и наиболее притягательное. Другая сторона оказывается весьма гру-
стной, сколь бы ни быть невосприимчивым к романтизму а-ля Мишле
(в данном случае, однако, вполне естественному). И все-таки запоздалая
роскошь. Хотя все это-вопрос оценок, скажем все же, что настоящей
роскоши стола или, если угодно, изысканности стола в Европе не было
до XV или XVI в. В этом отношении Запад отставал по сравнению
с прочими цивилизациями Старого Света. Китайская кухня, покорив-
шая сегодня столько ресторанов Запада, имеет очень древнюю тра-
дицию с почти не изменившимися на протяжении более тысячелетия
правилами, ритуалом, мудрыми рецептами, с огромным вниманием, как
в ощущениях, так и в литературе, к многообразию вкусов и их сочета-
нию, с уважением к искусству есть, в котором, вероятно, единственно
французы (и совсем в ином стиле) могут с нею поспорить. Прекрасная
недавняя работа настоятельно подчеркивает неведомое нам богатство
китайской диеты, ее разнообразие, ее уравновешенность и дает тому
не одно доказательство. И все же я думаю, что в этом коллективном
труде исполненная энтузиазма статья Ф.У. Моута должна быть урав-
новешена статьями К.Ч. Чжана и Дж. Спенсера. Да, китайская кухня
здоровая, вкусная, разнообразная и изобретательная, она восхититель-
но умеет использовать все, что есть в ее распоряжении, и остается
сбалансированной: свежие овощи и соевый белок компенсируют ред-
кое употребление мяса, а искусство консервирования разного рода
продуктов приумножает ее возможности. Но, говоря о Франции, тоже можно
было бы превозносить кулинарные традиции разных провинций
и рассуждать, в отношении последних четырех или пяти столетий, о ку-
линарных открытиях, о вкусе, об изобретательности в использовании
разнообразных даров земли: мяса, птицы и дичи, зерновых, вин, сыров,
овощей и фруктов, не говоря уж о различии во вкусе сливочного масла,
топленого свиного сала, гусиного жира, оливкового и орехового масла
и не касаясь испытанных методов домашней консервации. Но вопрос
в другом: было ли это питанием большинства - Во Франции опреде-
ленно нет. Крестьянин зачастую продавал больше, чем «излишек»,
а главное - он не ел лучшей части своей продукции: питался просом или
кукурузой и продавал пшеницу; раз в неделю ел солонину, а на рынок
нес свою птицу, яйца, козлят, телят, ягнят. Как и в Китае, празднич-
ные пиры прерывали однообразие и нехватку повседневного питания.
И конечно, они поддерживали народное кулинарное искусство.
Но питание крестьян, т. е. огромного большинства населения,
не имело ничего общего с тем, что предлагали поваренные книги на
потребу привилегированным. Как ничего общего не имело оно и с тем
списком лакомых изделий Франции, который в 1788 г. составил некий
гурман: с перигорскими индейками, фаршированными трюфелями,
с тулузским печеночным паштетом, с неракским паштетом из красных
куропаток, с тулонским паштетом из тунца, с жаворонками из Пезенаса,
студнем из кабаньих голов из Труа, домбскими бекасами, каплунами
из Ко, байоннской ветчиной, вьерзонскими вареными языками и даже
с кислой капустой по-страсбургски... Нет сомнения, что так же об-
стояло дело и в Китае. Утонченность, разнообразие и даже простая
сытость - это для богатых. Из народных поговорок можно заключить,
что мясо и вино были равнозначны богатству, что для бедняка иметь
средства к существованию означало иметь «рис, чтобы что-то поже-
вать». И Чжан со Спенсером сходятся во мнении, что Джон Барроу
имел все основания утверждать в 1805 г., что в области кулинарии
дистанция между бедным и богатым нигде в мире не была столь ве-
лика, как в Китае. В доказательство Спенсер приводит такой эпизод
из знаменитого романа XVIII в. «Сон в красном тереме». Молодой
и богатый герой случайно посещает дом одной из своих служанок.
Последняя, предлагая ему блюдо, на котором она красиво разложила
все лучшее, что у нее было - печенье, сушеные фрукты, орехи, - с гру-
стью отдает себе отчет в том, что «там нет ничего, о чем можно было
бы помыслить, что господин ее станет это есть». Следовательно, ко-
гда мы говорим о «большой» кухне во вчерашнем мире, мы всегда
оказываемся в сфере роскоши. И остается фактом, что эта изысканная
кухня, которую знала любая зрелая цивилизация: китайская - с V в..,
мусульманская - примерно с XI-XII вв., - лишь в XV в. появилась на
'Западе, в богатых итальянских городах, где она стала дорогостоящим
искусством со своими предписаниями и своим декорумом. Уже очень
рано Сенат в Венеции возражает против расточительных пиров мо-
лодых аристократов и в 1460 г. запрещает банкеты с затратами более
полдуката на каждого участника. Конечно же, banchetti продолжались.
И Марине Сануто в своих «Дневниках» приводит меню и цены неко-
торых из этих княжеских трапез в дни карнавального веселья. И как
бы случайно мы обнаруживаем там чуть ли не в виде ритуала блюда,
запрещенные Синьорией: куропаток, фазанов, павлинов... Немного
позже Ортенсио Ланди в своем «Комментарии относительно самых
примечательных и чудовищных вещей в Италии», который снова
и снова перепечатывался в Венеции с 1550 по 1559 г., затрудняется
в выборе, перечисляя все, что могло бы усладить вкус гурмана в горо-
дах Италии: болонские колбасы и сервелаты, моденская цампоне (вид
фаршированного окорока), феррарские круглые пироги, cotognata (ай-
вовое варенье) Реджо, чесночные клецки и сыры Пьяченцы, сиенские
марципаны, «мартовские сыры» (cacimarzolini) Флоренции, «тонкие»
сосиски (luganica sottile) и рубленое мясо (tomarelle) Монцы, фазаны
и каштаны Кьявенны, венецианские рыба и устрицы и даже «превос-
ходнейший» падуанский хлеб, который сам по себе был роскошью,
не говоря уж о винах, слава которых будет расти и далее.
Но в эту эпоху Франция уже стала страной отменной кухни par
excellence, где будут изобретены, а заодно и собраны со всех концов Ев-
ропы драгоценные рецепты, где будут совершенствоваться оформление
и церемониал этих мирских праздников гурманства и хорошего тона.
Обилие и разнообразие ресурсов Франции способны были удивить
даже венецианца. В 1557 г. Джироламо Липпомано, посол в Париже,
восторгался царящим повсюду изобилием: «Есть кабатчики, которые
вас накормят за любую цену - за тестон или за два, за экю, за четыре,
десять, даже за двадцать экю с человека, ежели вы пожелаете. Но за
двадцать пять вам подадут похлебку из манны небесной или жаркое
из феникса, словом, все, что есть на земле самого дорогого». Однако
французская «большая кухня» утвердилась, пожалуй, несколько позже,
после смягчения, так сказать, «грубого обжорства», каким ознамено-
вались Регентство и здоровый аппетит самого регента. Или даже еще
позже, в 1746 г., когда вышла наконец «Cuisiniere bourgeoise» Менона,
драгоценная книга, выдержавшая, обоснованно или без оснований,
больше изданий, чем Паскалевы «Письма к провинциалу». С этого
времени Франция, а точнее Париж, станет претендовать на роль зако-
нодателя кулинарной моды. В 1782 г. некий парижанин утверждал, что
«изысканно есть научились лишь полвека назад». Но, заявляет другой
автор в 1827 г., «искусство кулинарии за тридцать лет достигло больше-
го успеха, чем ранее на протяжении столетия». Он, правда, имел перед
собой пышное зрелище нескольких больших парижских «ресторанов»
(«трактирщики» здесь не так уж давно превратились в «рестораторов»),
И в самом деле: мода царит на кухне так же, как и в одежде. Знаменитые
соусы в один прекрасный день теряют репутацию, и с этого времени
о них не вспоминают иначе, как со снисходительной усмешкой. «Новая
кухня вся держится на отваре и подливке», - писал в 1768 г. насмеш-
ник-автор «Нравоучительного словаря» («Dictionnaire sentencieux»).
И к чему эти похлебки прошлых времен! «Суп. Иначе говоря, похлеб-
ка, - гласит этот же словарь, - которую прежде все ели и которую
теперь отвергают с порога как слишком старое и слишком буржуазное
блюдо под тем предлогом, что бульон расслабляет ткани желудка».
Долой и «зелень» («herbes potageres»), овощи, которые «тонкость века
почти что изгнала как пищу простонародную! Но капуста от этого
не стала ни менее здоровой, ни менее прекрасной», и все крестьяне ее
едят в течение всей жизни.
Другие мелкие изменения происходили почти сами собой. Так,
индейка пришла из Америки в XVI в. Голландский художник Иоахим
Бюдкалер (1530-1573 гг.) был, без сомнения, одним из первых, кто
се изобразил на одном из своих натюрмортов, находящемся сегодня
в Национальном музее в Амстердаме. Количество индюков и индюшек,
говорят нам, возрастет во Франции с установлением внутреннего мира
во времена Генриха IV! Не знаю, что следует думать по поводу этой
новейшей версии пожелания великого короля о «курице в каждом горш-
ке», но несомненно, во всяком случае, что так стало в конце XVIII в.
Французский автор писал в 1779 г. : «Именно индейки в некотором
роде заставили исчезнуть с нашего стола гусей, некогда занимавших на
нем самое почетное место». Следует ли рассматривать жирных гусей
времен Рабле как пройденный этап европейского гурманства. Моду
можно было бы проследить еще и по очень показа- тельной истории
увековеченных языком слов, которые, однако, не единожды меняли
свое значение: «перемена», «легкие закуски», «рагу» и т. д. Или обсу-
ждать «добрые» и «плохие» способы жарения разных видов мяса! Но
такое путешествие не имело бы конца.
Ф. Броделъ. Из книги «Материальная цивилизация,
экономика и капитализм, XV -XVIII вв.»
Вопросы к тексту:
- Какие изменения претерпела европейская кухня в Ранее Но-
вое время?
- С чем были связаны эти изменения?